Готическая поэзия

Молясь доске средневековой,
Иль фотографии брендОвой,
Лобзая мощей тлен и прах...
Что движет вами, коль не страх

Перед Десницею Блаженной,
Купиною Неопаленной,
Пред вечной адовой смолою,
Иль неизбежною юдолью?..

Вам неподвластны ваши страхи!
Их воспитали в вас монархи,
А патриархи переврали,
То, что евреи накропали.

Но, если Библию читать,
Ее трактовок не считать,
То все становиться на место!
Не станет Божье Тело тестом,

И кровь в вино не превратится,
Вино в кровь не оборотится...
Подставь-ка ты щеку под меч,
Коль голова слетела с плеч!

Не сотвори себе Кумира?
Давно Он властвует над миром!
Кумир - и Церковь, и икона.
Владеет вами и законом!

И, к церкви лик свой обратя,
Крестом себя же, осеня,
Не Богу власть несешь - Кумиру,
Владычествующему миром...

Мне Богом от рождения дано
Найти луч света в душах самых темных.
Ведь самое ценнейшее вино
Хранят в сосудах самых запыленных!

Рожденный прахом – прахом опадет!
И ни к чему все это: звезды, травы…
Коль нету и горсти такой отравы,
Что уничтожит все дурные нравы,
Вселенная ко праху не пойдет!

И скипетр, и посох нераздельней
Замка дверного и его ключа,
Хоть этот ключ, в руке моей торча,
В замочной скважине вращается, крича,
Мол, этой скважины он не видал бездельней.

К чему Луна, кабы светило Солнце?
А Солнце для кого, когда все спят?
Кто во дворцах, кто в хижинах – сопят!
И только воры маленьких ягнят
Таскают через узкие оконца…

Многообразен мир и многолик!
Кому бы кот орал, не будь тех кошек?
Не лазали бы к девкам без окошек,
Собаки не кусались бы без блошек,
Без света бесполезен сердолик.

Без денег не сходить бы на базар,
Без звезд созвездий было б не оправить,
Ученье бы без ВУЗов не оставить,
Кроссворд без алфавита не составить,
Без спичек не устроить бы пожар…

Так пусть трещит орехом голова –
Мы от нее всегда найдем таблетку,
Презерватив от СПИДа – на соседку,
Под обе ягодицы – табуретку,
На мамонта найдется булава.

И пусть, коль надо, после пищи – кал!
Пускай растет повсюду целлюлоза
(хоть из нее в руке торчит заноза),
И пусть обматерит меня Спиноза
За жаркий бреда моего накал!

Уютный мрак надоедает.
Хочу смотреть, дышать, глотать!
Кишок ворчание мешает
Приятный голос мне внимать.

Я слышу – Я?! – (она не знает)
Дыханье, скрипы, нежный стук...
Живая плоть, что окружает,
Движенья вяжет ног и рук.

Терпенья нет. Припадок злости.
На волю! К свету! И ползу…
Наглею, раздвигая кости.
Кричит. Терпи, я помогу!

Костями таза череп сдавлен.
Уперся ножкой в правый бок.
Еще потуга – и оставлен
Навеки мной родной живот!

Разлиплись легкие от вдоха,
И звонкий выдох гонит слизь.
Снаружи холодно и плохо,
Какая мерзкая здесь жизнь!

Узлом завязанная рана,
Огромный ласковый сосок,
Смотрины в поисках изъяна,
И жизнь, и смерть - на волосок…

Пока неглупый и негрубый,
Пускай за мной с косой придет –
Сам поцелую рот беззубый.
А, может, плюну в тот же рот!!!

Без пяти минут - осень.
В полу-часе - зима...
И, хоть, мы их не просим,
Но разденут поля.
И от грязи осенней
В полу-сонных снегах
Будем ждать с нетерпеньем
Грязь в весенних ручьях.
Черно-белою сутью -
Все в Руси, до нага!
За снегами - распутье,
За распутьем - снега...

Чтоб мудрости воды напиться
В пустыню он уединился.
Там льва случайно повстречал,
Льву проповедовать он стал.
Но лев не стал Мессию слушать -
Лев - просто лев, хотел он кушать...

Чтоб львов подобных просвещать,
Зверей повадки надо знать!

Так это ж все про нас...
Какие, к черту, волки!
В. С. Высоцкий



Беру рукою огрубелой
Его, со страхом перелить.
Когда-то он шуршал, балдея,
Боясь трудягою прослыть.

Лежал-шуршал. Сгребли, промыли,
Смешали с чем-то, пхнули в печь,
Пекли, расплавили, сварили,
Разлили, камнем стали сечь.

С бумагой, стружкой уложили,
Достали, лапали в пыли,
Купили, вымыли, налили,
Как драгоценность берегли.

Блестел. Блистал! Незаменимый!
Чай, кофе, молоко, кефир...
Поклонник губ неутомимый,
Оправлен бронзой, как эмир!

Буфет!.. Раздет, свезен на дачу.
Хмелел – мутнел, трезвел – светлел.
За баб, за бабки, за удачу!
Поистаскался, поседел.

Забыт, заброшен… Снова найден!
Ловил безжалостный бычок,
Морщина вдоль десятой грани,
Вонючий мусорный бачек…

Селедки запах, самогона,
Дешевого вина, ”ситро”,
Лосьона и одеколона –
Немыслимо смешалось все.

Об зубы дробью бьет. Потея,
Допил – и на асфальт летит!
Когда-то он шуршал, балдея,
Теперь лежит, звенит, хрустит…

Мертвенно-серая твердь
(Cвинец окисляется быстро).
Потенциальная смерть
Движется по коромыслу.

Объятия гильзы прочны,
И порох дно Пули не греет.
С живым Пулеметом ручным
Пуля быстрее созреет.

Тяжелый затвора щелчок,
Патронник (о, зона рожденья!).
И, вот спусковой крючок
Разрушил оцепененье.

Сквозь нарезное окно
Видна сердцевина мишени.
Смешались небытие
И бытность в одном ощущении.

Порох, очнувшись, пахнул
Жгучим дыханием жизни,
И Пулемет чихнул
Пулей со скоростью мысли.

Для Пулемета плевок
Пулей – лишь доля мгновенья.
Тупому ему невдомек –
Жизнь Пули в другом измереньи!

Нелепо растрачивать жизнь
На принесение боли!
И устремилась ввысь
Пуля усилием воли.

Дерзкою Пуля была
И прямо лететь не хотела.
Восстав против воли Стрелка,
Летела все выше от тела.

Прекрасен свободный полет!
Счастье, восторг нарастают.
Вот Облако Пулю зовет,
Вот Звезды ее приглашают.

Свободна, сильна, горяча
К созвездиям Пуля летела,
Отчаянно Звездам крича:
“Я б с вами кружиться хотела!”

Жужжащий призыв не смутил
Надменных созвездий круженье.
Но не было более сил –
Земное влекло притяженье…

И под тупым углом
Упавши на белые звезды,
Последним своим теплом
Перетопила их в слезы.

В снегу, ожидая конца,
Она ни о чем не жалела.
В то время к созвездью Стрельца
Звездой душа Пули летела…

Пыль тех, давно ушедших, лет…
Блеск аксельбантов, эполет,
Игривые красавиц взгляды,
Гербами кованы ограды.

Пыль позабытых юных лет!
Графинею притушен свет,
Соблазн размытой полунеги,
Жена, любовница, коллеги…

Пыль позабытых чудных лет!
С банкета – в ложу на балет,
В рассвет – дуэли из-за дамы,
Величественнейшие храмы!

Пыль славных позабытых лет.
У губернатора обед,
Пыл политического спора,
Невразумительная ссора…

Пыль позабытых давних лет.
Необоснованный навет,
Интриги тонкой паутина,
Чиновничья судов рутина…

Пыль вычеркнутых горьких лет!
Этап. Вода и черный хлеб,
Кандальный звон на пересылках,
Распотрошенные посылки…

Пыль позабытых лет давно.
До боли скользкое бревно,
Баланда, мерзлая до зуда,
Надежд – на Бога и на чудо…

Пыль тех блестящих славных лет!
Чиих-то почестей и бед…
Но, вместо тех, упавших ниц,
Замена действующих лиц…