Журчит ручей стремительным потоком. Умеренно смывая, боль с земли. Бежит, чтоб не стоять слепым болотом. Ведомый, зрячим обликом души. Течёт вода спокойным, тихим руслом. Оттачивая все свои края. Кричит, впадая в реку, громким буйством. Рукав разящий, шумного ручья. Пройдя течением, все крутые повороты. Река с лихвою, отдаёт всю дань морям. В любви терпение, а в семье одни заботы. Приследывают жизнь, всю по пятам. И скал прибрежных вид, разбудит разум. В дали штормит, огромный океан. И сердце его бьётся, страстным жаром. От боли и людских кровавых ран. Вся сущность наша, в высь идти не стала. Попав, в судьбою вырытый капкан. Мораль со скромностью и совесть потеряла. Как злой и безрассудный наркоман. Не стоит концентрировать внимание. На чёрных и обугленных делах. Конец их, это слово наказание. А фактом, станет номер на руках.

Осталось нам, лишь, жить одной надеждой. На милость и святые небеса. Доказывать, всё это будем верой. Распределив, все единицы на веса. Обрубленная сущность, вся на воле. В мгновениях, очень быстр короткий миг. Испытываем страсть, не слыша боли. Не ощущая в своём сердце, сильный сдвиг. За каждый новый грех, мы все в ответе. Пускай с судьёй торгует бюрократ. Ответят за дела, ведь, ваши дети. Страною правит хитрый партократ.

Плод вожделенный мы вкушали в центре Рая. Он возвеличился добром и злом в сердцах. Закон Вселенной воровство пронзит карая. А покаяние пробудит к жизни прах.

Готическая поэзия

Чёрные тучи собрались над нами,
Вороны каркают ноты Шопена,
Мастер звучит во дворах неизменно.
Призрачный свет больше не за горами.

Реквием пишут отцы-лютераны,
Правые служат свои панихиды,
Скоро построят им всем пирамиды!
Что же ответят на всё капеланы?

Кто-то положит конец их вранью.
Молятся люди святым денно, нощно
(Больше нельзя купить место в раю),
Но от молитв тех становится тошно.

Видно, кровавою станет арена,
Бой разразится меж всеми богами.
Чёрные тучи собрались над нами,
Вороны каркают ноты Шопена.

Виктория Матат

Готическая поэзия

Как одинокий я, гонимый ветром странник. Как парусник, иду я в полный штиль. Клубятся мысли в голове, как тот рассадник. На протяжении, довольно долгих миль. Вся жизнь идёт умеренно, сонливо. Назад вдруг оглянувшись, видим мы. У нас ведь за душой, всё не красиво. Страдания, мучения, фарт судьбы. А сердце, всё заковано в оковы. К которым, нам не подобрать ключа. Вгрызаться в цепь, зубами мы готовы. От боли злой, мучительной крича.

Жил на свете однажды кинжал,
Весь сияющий, словно из злата.
В полнолуние он оживал
И отчаянно мчался куда-то.

Ему в сердце хотелось вонзиться
Хоть кому-то из вечно живых,
Ведь оно бесконечно стучится!
В нём прожить можно дольше. Увы,

Не нашёл он ещё такового
(Помирали иные тотчас).
Так искал человека восьмого,
Перед всеми закалом кичась.

И увидел меня нож внезапно,
Захотел моё сердце пронзить.
Завладел им до боли похабно,
Да ещё ему начал грозить,

Что задушит, пусть только посмеет
То удрать или скрыться во мгле!
Но сердечко премного хиреет
И доходит. Зарыто в земле.

Так и жил на планете кинжал,
Весь сияющий, точно из злата.
В полнолуние он оживал
И отчаянно мчался куда-то.

Виктория Матат

Я стояв у безкрайньої прірви,
В неї круки падали каменем,
І від них лишалось лиш пір'я,
Що звисало чорною хмарою.

Все навколо займалося вогнищем
І думки мої теж палали,
Намагались втекти зі свойого кладОвища,
Не встигали - іскрились, згорали…

А коли я ішов по тернистій дорозі,
Мої рани цілили твої щирі сльози,
Що рікою текли під ногами босими,
Та під сонцем нещадним ставали росами…

Ти зо мною була, моя змучена музо,
У лавровий вінок мою душу вплітала…
Та в яким ти поникла жахливім недузі,
І чому я без тебе іти мушу далі ?!

Мої груди майже не дихали…
Я стояв у безкрайньої прірви.
Мене круки крилами кликали
І стелили шлях із пір’я.

Так не стогне жодна трембіта,
Як земля під ногами стогнала!
Я б волів зістрибнути з цієї орбіти,
Та всесвітнє тяжіння мене не пускало…

Готическая поэзия