Гагик тихо и не хочу, чтобы Салли и мастурбирует. День за днем мы живем в стране в черный мешок для мусора, урожай дерьмо, чтобы увидеть ее. Полный мешок через два дня. И на большой дом обратно в ванну, а воды здесь … Йена и сокровища загрузки. И masturbationem, чтобы проглотить меня, как одного из своих представляющих тела дерьма. Гагик я, кажется, знаю семьи из деревни, они думают о страданиях и покраснение не секрет, все права на дом, и говорил с ними и "вырезать. … А вчера вечером мире ванная мечты и красивые и погрузился в море и развития Гагик рыба, морские водоросли, сделанные Фишер, Гагик целом небес Богом. Добавил: Львов в общей

Я осознала – завтра ты уедешь.
Что утром улетает самолет.
И поняла, кроме тебя на этом свете
Меня совсем никто не любит и не ждет.
Разлука будет не навечно, но надолго,
Ведь всем полезно друг от друга отдыхать.
Я, повторив в который раз, умолкла.
До боли в сердце надоело лгать.
Когда ты будешь пролетать над моим домом,
Я знаю, что звучит все как в бреду,
Я выгляну, и в небе незнакомом
Увижу я знакомую звезду.
Не поддаются осмысленью чувства,
Что болью в сердце отзываются тупой,
Что, улетев, ты можешь не вернуться.
Что самолет может разбиться твой.
Что там, где небо пасмурно и серо,
Ты вдруг поймешь, что слишком молодой.
И выживешь под неприступным небом
В палате неуютной и чужой.
И что лежа на сетчатой кровати,
В бреду, что был бессмысленен и глуп,
Открыв глаза, ты очень внятно скажешь: «Надя!»
И резко станешь поправляться вдруг.
Потом ко мне приедешь и обнимешь,
И ничего ты не расскажешь мне.
И как бы в шутку скажешь:
«Твое имя спасло мне жизнь в далекой стороне».

Ты все еще божественно красива,
Ты все еще панически умна.
Немного избалованна, ленива,
Ты прелесть жизни выпила до дна.
Сердца парней – твоя еда любимая,
И ею не побрезгуешь ты никогда.
Ты все еще такая же ревнивая,
Навеки не сгоревшая звезда.
Играешь до сих пор чужими судьбами,
Как в шахматы,- вместо фигур – сердца.
Вовек не осуждаемая судьями,
Играешь в эти игры до конца.
Ты все еще прекрасна, как богиня.
И до сих пор не можешь ты прощать грехи людей.
Сильна твоя гордыня, как будто красоте твоей под стать.
Всю жизнь могла ты у людей украсть,
Могла ты всех, кроме себя винить.
Ты – королева. Ты имеешь власть.
Ты можешь все, не можешь лишь любить.

А что мне от тебя осталось?
Лишь этот дальний, блеклый свет.
И эта жизнь… Какая малость…
Что она есть равно, что нет.
А что мне без тебя осталось?
Дышать и чувствовать укор
К себе, за то, что не сдержалась
Но это зряшный разговор.
Идти туда, где нет начала
Бежать туда, где нет конца
И улыбнуться, как бывало
Скрывая боль в чертах лица.
Ты остаешься этим небом,
Но я на небо не взгляну
Ты остаешься этим снегом,
Но я уже люблю весну.
Хочу улыбок, счастья, света,
И чтобы без тебя, одной,
Хочу, чтобы однажды где-то
Я поняла, что ты не мой.
И улыбнулась, как бывало,
И засмеялась – не болит.
Хочу я жизнь начать сначала
И не хочу тебя любить.

Я не самый красивый...
Не самый счастливый...
Не самый веселый...
Не самый ревнивый...

Я не самый любимый...
Не самый жестокий...
Не самый упрямый...
Не самый высокий...

Я не самый калючий...
Не самый везучий...
Не самый шипучий...
И не самый кусючий...

Я не самый прыгучий...
Не самый липучий...
Не самый плакучий...
Не самый падлючий...

Я не самый живучий...
Не самый родючий...
Не самый давучий...
И не самый паючий...

И везде я не самый...
И нигде нету драмы...
И ничто не мешает...
И ничем не гоняет...

Так сложилось судьбою...
Что \"Не самый\" со мною...
И дай Бог, что б так было...
И по свету носило...

И меня выручает...
Часто в мире встречает...
То что я понимаю...
\"Я не самый...\" Я знаю...

И сие пониманье...
Словно в правде признанье...
Облегчает мне душу...
И дает жизни грушу...

Так что я могу махом...
По балуясь замахом...
Разнести пару тройку...
Жизни строчек об стойку...

Там где ты самый-самый...
Ты всегда неустанный...
Никогда не веселый...
И всегда напряженный...

Ведь для самых и самых...
Всюду мажут в ударных...
Ведь они под прицелом...
Под судьбы переделом...

Я желаю, ребята...
Что бы в жизни когда то...
Став вдруг самым и самым...
Не скатиться усталым...

А стоять гордо воя...
И глаза судьбе строя...
Что б потом стать не самым...
Обошедшись без травм...

Дева прекрасная, чарами сильная,
Страстные губы и ласки ванильные.
Сколько же было, а сколько приснится,
Знать бы, зачем к вам душою стремиться?

Нежность взрывает, любовь и покой,
Страсть, разгораясь, влечет за собой.
Пылких объятий туман нарастает,
Миг, поцелуй, и душа уже тает.

Лезвием души влюбленных идут,
Тоненькой гранью, стремятся, бегут.
Взрыв поцелуев – опасный покой,
Память в потери уходит долой.

Что же в тех ласках, стремленье потерь?
Дверь на замке лишь закрытая дверь.
Дева! Мила и сильна красотою
Что же я взглядом иду за тобою?

В стихах я душу отвожу.
В словах над ней же издеваюсь.
Я чем-то очень дорожу,
А чем-то просто так кидаюсь.
Глаза – как будто два огня.
Душа сгорела, словно пепел.
И кто-то скажет мне: «Дитя»!
А кто-то: «Нет, уже не дети…»
Иду, как будто есть куда.
Упала – сразу поднимаюсь,
И я не плачу, будто я
Заплачу, где-то потеряюсь.
Мечтаю – только о земном,
А о несбыточном – тем боле.
Я не мечтаю. Ведь потом
В реальности мне будет больно.
Хочу немногого ведь я.
Хочу ведь просто жить на свете.
И кто-то скажет мне: «Дитя!»
А кто-то: «Нет, уже не дети!»

Ты – моя глупая привычка
Ты – моя прежняя любовь.
Почти затушенная спичка
Почти поверженная боль.
Ты – пламя, что не обжигает
И гром, который не гремит
Обида, что не обижает
И рана, что уж не болит.
Моя ужасная причуда
Моя свирепая игра.
Мой личный верный ты Иуда,
Моя неострая игла.
Ты – пустота, тебя здесь нету.
Ты – ничего, и все же все.
Ты – тьма, что встанет против света
Мое правдивое вранье.
Ты – это все чего желаю
Ты – это все чего боюсь
В твоих глазах от счастья таю,
Но посмотреть в них не стремлюсь.
Ты – это дьявол искуситель
Ты – моя прежняя любовь
Ты – моя ветхая обитель
Почти поверженная боль.

Не болеется и не спится
Все мечтается.
Сердце малой синицей
Трепыхается.
Где же ты моя, та, что верила
Что любовь свою мне доверила.

Пьется белая горькая
Да смеется.
Знаю милая рыжая
Не вернется.
Что ж мы сделали с тобою, несчастные
То в себе убив, что было счастием.

Я с друзьями порой
Собираюся.
Веселюсь, пою
Улыбаюся.
А ночами длинными все по ней грущу.
Память о тебе, все не отпущу.

Полететь бы птицею,
Да на край земли.
И глазенки серые,
позабыть твои.
Но ночами длинными мне все мается,
Не уходит прошлое да не забывается.

взмываю выше неба,мчусь к высотам
расправив крылья,позабыв о всём земном
что может быть прекрасней.если любит кто то
кого ты ждёшь,и думаешь о ком

кто не любил,тот не поймёт какое счастье
тебя переполняет,ты живёшь
душа ликует,ты пылаешь страстно
без устали к любви своей идёшь

ах знали бы вы,как она прекрасна
глаза,в которых я готов тонуть
в них вижу жизнь,огонь,что не погаснет
душе моей он освещает путь

улыбка нежная,изгиб бровей,о чудо!
люблю тебя и все твои черты
тебя я не покину никогда и не забуду
все те слова,что мне сказала ты

касаюсь,локонов твоих,слегка губами
вдыхаю аромат твоей любви
коснусь груди,волнующей,устами
не в силах потушить пожар внутри

нет ценностей,что для меня дороже
у чувств сильнее в мире не найти
ведь солнце пред тобою меркнет тоже
спеша за горизонт скорей уйти

ну кто же ты,как подобрать слова
принцесса,корлева...всё не то
быть может ангел?ошибусь я здесь едва
ты та,кого искал во снах давно!