Мне страшно жить в стране без веры,
Где каторга превыше, чем Парнас,
Где разрушают храмы изуверы
И Дух Великий усыпляют в нас!

Поэт в России - пасынок убогий!
Молчит, тоскует африканский Гумилев.
Еще вчера он о Гомере говорил, о Боге,
О чем- то чудном из своих прозрачных снов.

А Бродского за шиворот и в Штаты,
Пускай, мол, там кропает сей пиит!
Стране, в которой жил убожеством зарплаты,
Он всё до мелочи, до капельки простит!

По струнам Окуджава бьёт легонько
И песня из Парижа к нам летит.
В церквушке русской чистую иконку
Его стихотворенье озарит!

И Сирин райской птицей бьётся,
При жизни грустно упрекая нас.
Его Мартын к России не пробьётся-
В холенный он шагнет Мантрё-Паллас.

Оставили нам тех, чьи имена
Укутывают нас в кирпичный мрак!
О, Богом проклятая одинокая страна,
В которой заблудился Пастернак!

И русский прах тоскует на кладбИще
Вдали от Родины. И эти имена,
Лишь в библиОтике нашли жилище
Да на некрополе Сент-Жельев-де Буа.

Но возвращаются Они к нам в книгах,
И в бабочках, и в песнях, и в цветах!
Звучат в тысячелетиях и мигах
…И иногда приходят к нам во снах.