Я не прошу одаривать меня,
Не клянчу для себя златые горы,
Коль не найдёт признания талант,
Не дайте телу сгинуть под забором.

Способен страсть свою в замен отдать,
Могу своими нежными руками
Я тело женское ласкать и целовать,
Так, чтоб душа парила с облаками.

Делам амурным жизнь свою отдал,
Доставить Вам способен наслажденье,
В замен прошу у милых, нежных дам,
Меня избавить от нужды мученья..

о любви

Дівчина під номером два…
Ти також жива, як і дівчина під номером три.
Подивись на цей світ з гори!
А потім підпали себе сама згори…
Як і дівчина під номером три…
Розумієш? Ти теж ідеш крізь зачинене вікно,
У застелене п’яними зірками небо…
Навіщо? Не треба? – Тепер, хто буде збирати мої речі?
При втечі? Це також втеча!
Замість сліз – тече кров по склу… Я тебе не візьму!
В пітьму, у вогонь, у весну, в сиру землю
Оповиту Жахом війни,
Це ми — зруйнували життя… це ми…
Ти — дівчина, під номером два
Чи ти — дівчина під номером три… Ярлики…
А може чотири, п’ять, шість, двісті, скільки завгодно!
Ти тепер стала вільною – зараз кажуть це модно, — Казати, що ти стала вільною, що ти йдеш
Я теж з цим згоден, я теж забруднюю повітря, ти теж…
На ніж – давай мене ріж — ріж себе, ось в чом річ…
Ти зупинилась на ніч, а засоталась на рік
В моїй душі плачем, в моїм серці мечем
В моїй щоці поцілунком, і татухой на правому передпліччю…
Це тупо… Ясна річ: темний день, світла ніч,
І юрба недобитих бажань, недоказаних слів, сподівань
На пероні другого життя – може ти, може я?
Помилився життям, помилився у виборі зброї
Що робити? Нас троє… Ні, нас 6 мільярдів!
І все наче в порядку – кожен день запитання
«Ти як?», «Як сам?», «Усе добре?»
«І знову привіт! Хто тобі до вподоби?»
«З ким ти спиш?», «З ким ти п’єш?», «З ким ти ходиш в кіно?»
Всі рівно… розумієш, дівчина під номером два? Усім все рівно…
Mike Crusher

Прощая, отстаю на виражах,
по встречной многоточием рифмую.
Соседствуя, братаюсь на ножах,
блефую, торжествую и зимую.

Приветствуя, безличие обнял,
проникся в сантимент рукопожатий.
Рискуя, никого не обвинял
на финише, в итоге, в результате.

Советуя, от края отойду,
наивностью ка прежде умываясь.
И снова сожаления найду,
беснуясь, приближаясь, отдаляясь.

стартанули давно мы в 2009 ом в подъезе
пацаны угостили теперь пишу грустные песни
пишу и спасибо правда тем людям
которые ждут которые любят
правду сыплю для всех что угодно спросите
и не слухи что в 20 я готов к суициду
страшный день тот когда мама узнает или узнала
что сынули не стало.....
и вот я опять в том самом подъезде
как прежде парламент и эти грустные песни
только люди другие многих не стало
живут в суете , им всегда мало
100процентов вам всем честно признаюсь
Почти 9 месяцев на качелях катаюсь
Почти 9 месяцев жду рождение дочки
Спасибо жене , с любовью цветочки!
Ради них я живу дышу воздух глатаю
Её я люблю а мать уважаю
2 мамы я и одна малышка
Ради них давненько не читаю книжки
Ради них никогда не пойду к наркологу
Спасибо за помощь и за целую голову
Ладно пора возвращаться до дому
Зятянусь улыбнусь попращаюсь с Антоном
Мутные мысли раведу руками
Сегодня я счастлив мир вам земляне…..

В лачуге желаний хватает меня,
безволен проезд безбилетный.
Мечты умирают под брызги огня,
исполнив мотив безответный.

Порог согревает желтеющий лист,
сыреет чулан заготовок.
К победе конечной вези, машинист,
без устали, без остановок.

Молчанием выбор возможно поймут
и душу простят, не осудят -
С годами сильнее сжимает хомут
и словом неистовей рубят.

Мирские затеи под хохот утех
фортуне и случаю служат.
С рождения мысли мои не для всех
над ними усталые кружат.

Талант одиноких сберечь не сумел,
во мгле не ища виноватых.
Об этом напишет истерзанный мел
катреном на ставнях горбатых.

Крылом воскрешённым, быть может, коснусь
креста на заросшей могиле.
Под тенью берёзы себе улыбнусь
назло предсказуемой миле.

Каштаны зажгли свои свечи,
Сирени пьянит аромат,
Загар лёг на бледные плечи
И птицы от счастья галдят.

Мы шествуем в лёгких одеждах,
И тёплый уже ветерок
Шумит молодою листвою,
Что дарит тени холодок.

Всё в прошлом, сугробы, морозы,
На обуви соли следы,
И голые ветви берёзы
И льдины над гладью воды.

Там, где влюблённый ладонью ныряет
в шёлковый локон волос,
шёпот вечерний любовь измеряет
вечностью утренних рос.

Там, где художник признанием пишет
в поле смущённый пейзаж,
вдохом его ненаглядная дышит,
в ритм окрыляя пассаж.

Там, где поэт откровенно рифмует
мир обнажённой души,
ветер беспечности сердце чарует,
плача у Музы в глуши.

Спасибо 96-ой,
Что нашел повод,
переехать в этот город,
выкинуть детство в мусоропровод.

Теперь я только тот, кто,
по подездам виснет,
и совсем не мыслит,
как же от этого дыма легкие киснут.

Что же меня здесь,
заставлявляет сутулиться?
Смотреть в мир через окно,
и так бояться выйти к остальным на улицу!

До сих пор тут, еще,
остаються в моде,
мерзкие удары ногами по морде.

Крики за спиной. Пацан!
Ты какой-то тощий,
походку по проще,
но мне на это всеравно,
как-то, вобщем. . .

Глупости с молода,
от ударов по ребрам,
уже не чуствую холода,
хватило доводов,
что бы понять мое призвание,
морить себя голодом.

Можно плакать,
нужно верить,
что когда-то,
ты покинешь,
левый берег,
город тонет,
нас уже давно хоронят.

Друзья звонили,
типа давай все кинем,
свалим за границу, или на Киев,
но там я света не видел,
и как уже однажды,
сам себя обидел. . .

Скажи мне,
неужели мы в этом мире,
одни из тех многих,
что обречены существовать,
в сьемной квартире?

И меня с моей роботы скоро кинут,
представители банка к дому двинут,
Боже, помоги пережить эту зиму...

Пустые карманы, кочунство,
я ответил за базар,
но затоптал ногами чуства,
и не понять кем хочу стать.

Бедные отражения,
в этих богатых машинах,
мне бы свалить отсюда нах,
но все в сетях, в долгах...

В бедности но в нисчете,
поколения 90-х,
не нашли себя в обществе,
и все нормальные,
хотят избавиться от этого горя,
и хотя бы раз в жизни увидеть море. . .

(26.12.2011)

Боль.Моё вечное чувство,
А ты смеёшься. думаешь, шучу.
На самом деле это ведь исскуство,
Рыдать от боли и кричать люблю.
Но как же мне разжечь огонь,
Который уж давно погас?
Нежно сжать твою ладонь,
Шептать люблю милион раз...
Шептать, зарывшись в волосах.
Дышать тобой до безсознанья,
И разглядеть в твох глазах
За боль и слезы лишь раскаянье.
Не быть мне первой, не беда.
Переживу мне не в первые,
Уйду из жизни навсегда.
Оставив на столе лишь чаевые...