Она ушла, оставив на прощание,
Слова прости и горькую тоску,
Забрав с собой, пустые обещания,
Я замираю, стоя на мосту.

Глухая ночь и воет где то ветер,
Не видно звёзд и некуда лететь.
Разрушен мир, что был так чист и светел
И моё сердце, больше не согреть.

Не слышен ритм и руки холодеют,
Я умираю, хоть ещё живой.
Жить без тебя, боюсь я не сумею
И не хочу искать себе другой.

Она ушла...Всё тише бьётся сердце...
Последний шаг...Помчит на встречу твердь...
Скрип тормозов...Открылись сзади дверцы...
А мне осталось, только замереть...

одиночество - это когда молча смотришь в окно,
это когда ты на самом дне, но тебе всё равно...
Одиночество - это когда ты не такой же как все,
но тебе всё равно, ведь ты живёшь в стороне...

Одиночество - это когда пустая кровать,
когда холодно ночью и не с кем спать...
Одиночество - это когда ты на краю,
когда тебе не надо уже место в раю...

Одиночество - это когда ты меня не простишь...
когда я буду кричать...а ты, ты не слышь...

Домой! Прийдите призраки и тени,
Достаточно ютится по углам.
Все те, пред кем, судьба воздвигла стены,
Все те, кто ненавидит шум и гам.

Востаньте! Духи пыльной паутины,
Ведь через год вновь скрещены пути.
Теперь тебе помогут из рутины,
Дорогу в жизнь, иль к смерти путь, найти.

Услыште! Те, кто одной крови с нами,
И вознеся бокал за тех друзей -
Кто сидя за небесными столами,
Из сводов предков смотрит на мир сей.

Выпьем до дна, отпустим с миром тех:
Кто будучи живым, страдал за каждый грех.
Кто, оступился, не прошёл свой путь.
Прости друзей, прости, но не забудь.

Меня больше нет. Меня не стало в тот самый день, когда ты ушел к ней… От меня уцелела только какая-то нелепая часть, которая сейчас создает видимость жизни в моем пустом теле, в моем больном сердце, в моей несуществующей больше душе… Эта часть умеет почти все, что умела я… улыбаться, говорить, вставлять умные и колкие, часто такие ненужные слова, смеяться по поводу и без… ну а еще она умеет молчать… молчать, что ей больно, одиноко и невыносимо без той части, которая умерла… Из того мира еще никто не возвращался… но умершая я часто просится наружу. Ей так тесно и пусто там, где она оказалась… То, что осталось от меня на этом свете – лишь холодная тень прошлого, неизбежно незабываемого и неоценимого.
Новая я … или не я… не умеет любить. Совсем. Она мечтает вернуть обратно то, чего уж больше не стало, но, с холодной ясностью разума и, свойственной только очень умным глупышкам безысходностью, осознает, что вернуть умершую часть меня можно лишь тогда, когда вернешься ты. Так же остро она осознает, что ты больше не вернешься никогда.
Казалось, жить этой второй безликой части незачем,… но все же есть что-то, что удерживает ее на этом свете. Это что-то, вернее кто-то – это ты. Она просто боится, что однажды, когда тебе будет плохо, ее может не быть рядом. И некому будет согреть твои холодные грубоватые, но самые нежные руки, вернуть любимое солнышко в самые дорогие на свете глаза, нежно взъерошить твои шелковистые черные волосы, запутаться в них… вдыхая твой запах… целовать тебя… нежно, ласково, любя, вечно… А вдруг рядом не окажется никого? А вдруг та, новая, предаст тебя?... Именно для этого и живет это жалкое подобие души. Живет для того, чтоб тебе было куда вернуться в тот момент, когда все отвернутся от тебя, чтобы тебе было куда постучаться, когда все двери внезапно захлопнуться, чтоб тебе было кем прикрыться, когда в тебя полетит вражеская пуля, чтоб тебе было кому рассказать о горе, когда никто не захочет слушать…
Я готова была родить для тебя 10 детей и не поморщиться, лишь бы ты был счастлив. Я готова была сгореть заживо и лишь улыбнуться на прощание, если бы ты только этого пожелал. Я готова была убить того, кто сделал тебе больно, а потом добровольно сесть в тюрьму, если бы ты испугался меня… Моей решительности хватило бы упасть на землю с неба, если бы тебе было страшно падать одному… я бы разбилась, но спасла бы тебя от одиночества.
Моя любовь сильнее, чем время, она никогда не пройдет. Моя любовь безумней, чем самое бешеное пламя, ведь взрывается даже без очага возгорания. Она безлика, как самый невзрачный призрак, ведь бредет за тобой незримо и оберегает тебя.
Меня нет. Ты знаешь это. Но я счастлива лишь от того, что ты жив. Что ты почти что рядом. Улыбаешься ей, целуешь ее, обнимаешь… Живая моя половина корчится в муках, когда представляет тебя с другой, но потом понимает, что это уже неважно. Важно – что ты счастлив. Возможно однажды она не выдержит и перестанет влачить свое безмолвное существование. Тогда меня не станет совсем. В этот день ты увидишь дождь. Это будет самый прекрасный дождь в твоей жизни, потому что это будут мои слезы. Они пощадят тебя и не будут холодными и жестокими, а лишь нежно и ласково прокатятся по твоим щекам, заблудятся в дебрях волос, зацепятся за ресницы… И больше ты меня никогда не увидишь… Но знай, что я была. Что я люблю. Так сильно, что никогда не смогу описать это словами. Я не знаю, что я могу сделать, чтоб ты вернулся ко мне…
Я бы хотела подарить тебе небо, чтобы ты больше не чувствовал себя одиноким. Я бы хотела подарить тебе солнце, чтоб тебе было тепло и светло даже в самую холодную и мрачную зиму. Я мечтаю подарить тебе космос, богатство, исполнение всех желаний… но… я могу предложить тебе только свою любовь.

Ты думай обо мне, когда не рядом,
Ты вспоминай меня ещё холодной ночью,
Ищи в толпе прохожих своим взглядом
И улыбайся мне, как будто, между прочим.

Ты обнимай меня, когда захочешь,
Ты пожелай меня весенним тёплым утром,
Тебе неважно будет : днём ли, или ночью
Мы посетим с тобой богиню Камасутру.

Ты открывай глаза и сразу удивляйся,
Ты посмотри на мир вокруг без суеты.
Спокойствием блаженным наслаждайся
Люби меня, раздумьям вопреки.

Ты думай обо мне теперь со мною
И вспоминай с улыбкой милой на губах,
Как будто жизнь переплетается с игрою,
А игроки друг другу ставят мат и шах.

Отрывки прошлого, что уже не так важны
И настоящего моменты в дикой спешке
Мелочи, что может, больше не нужны
И эти низкие людей злорадные насмешки!

Отрывки радости среди унылых тем
И лучик света, что еще дает надежду
В тетрадях мысли, тысячи проблем…
И осень на дворе вся в золотой одежде…

Среди бредовых домыслов и пустых идей
Что методом подбора так… для утишенья
А сердца стук становится сильней,
Я вспоминаю фразы и прикосновенья…

Отрывками я так хочу побыть с тобой
Отрывками я снова забываюсь…
Отрывками я вновь живу мечтой,
Но я запутался и в этом каюсь!

Я почти не жалею о прошлом
И совсем не забочусь о будущем.
Я забыла, как быть хорошей…
Жизнь моя упилась равнодушием.
Я пыталась любить по-честному
И так верно пыталась ждать…
Но беспочвенно. Что-то треснуло
Между мной и тобой опять.
Я старалась найти пристанище
Среди прошлого, столь забытого…
Что казалось мне так заманчиво
Оказалось вдруг в ноль разбитое…
И бежала по следу смутному
И сбивалась с пути наугад.
Предавалась порыву минутному
И жила, как всегда, невпопад.
И была добродушно-приветлива.
Знала что, где, когда и откуда…
Врядли вы, лицемеры, заметили,
Что уж больше не верила в чудо…
Сложно. Знала одно, что не справиться
Мне самой в этой жесткой игре…
Но лишь стоило мне расслабиться,
Как стояла уже на окне…
Беспросветно казалось пристанище
И «друзья», те, что были нужны
Все толкали к отряду шагающих
За продажей дешевой души…
И казалось, что нету спасения.
Ну когда же все это закончится?
И тогда шаг назад смело сделала…
Выбрав, как приговор, одиночество…
Рисовала картины забвенные,
Как художник и судеб вершец.
И глаза угнетенно-нетленные
Пробирались до самых сердец…
Никогда уже больше не плакала…
Эта слабость уже не прощается…
Убежала бездомной собакою
И искала, где счастье скитается…
Пересилила. Передумала.
Так хотела – переросла.
Где-то может быть обезумела,
Где-то вовсе с ума сошла…
И жила и живу, как серая
Одинокая, мрачная тень.
Из дому выхожу несмелая,
Опасаясь за каждый день…
И я все же такая ранимая,
Как и раньше всегда была…
Нехорошая, нелюбимая…
Но еще бесполезно жива…

Сигаретный дым наполняет горло…
Медленно проходит он куда-то внутрь…
Слезы высыхают и уже не больно.
Ты ведь куришь только 5 минут…
Третья? Иль четвертая? А какая разница?...
Тебе лучше так и наплевать на все…
Взрослая уже. Давно не первоклассница.
Тушишь эту медленно и берешь еще.
Ты его увидела. Что с того хорошего?
Он давно уже стал совсем другим…
Ты никак не можешь убежать от прошлого…
Но тебя спасает сигаретный дым.
И в желудке сжавшемся улеглось волнение.
Снова вдох, затяжка, воздух и финал…
И к тебе вернулось снова настроение
Как же надоел бразильский сериал!
Достаешь последнюю жестом ты обычным
И уже немного кружит голова…
Знаешь ты, что скоро все войдет в привычку…
Ты надолго впредь останешься одна.
Понимаешь, что курить совсем не хочется,-
С детства ненавидишь сигаретный дым.
Но вдыхаешь ты его от одиночества.
От того, что жизнь проживешь с другим…
Твой «единственный» стал для другой «любимым»,
Он забыл все то, что обещал.
Заполняешь сердце сигаретным дымом,
Потому что он когда-то запрещал.
В зеркале – чудовище, изменилась в голосе.
Все равно, что ждет тебя там, за поворотом.
Завтра соберешься и обрежешь волосы.
И никто вовеки не узнает, кто ты…
Время все залечит, снова жить захочется
Радостно по улице ты пройдешь с другим…
А пока бежишь ты прочь от одиночества…
И тебя спасает сигаретный дым…

Когда ты со мной, все проблемы уходят
И я в красках на мир начинаю смотреть
Из-за тебя это все со мной происходит
Из-за тебя начинают звезды гореть.

Ты заставляешь меня верить в правду и верность
Ты опекаешь меня, ты просто можешь обнять
В твоих руках ощущается вера и нежность
Это чувствовать надо, это сложно понять.

В твоем голосе я чувствую безмятежность,
Но ты всегда понимаешь, что хочу я сказать
Ты разрываешь серости бесконечность
Ты меня просто знаешь и умеешь… молчать!

Ты - сон в моей пустой руке,
Ты – миф, дошедший из далёких стран,
Я – твой маяк, светящий вдалеке,
Мираж я, привидение, обман.
Ты – ангел, приносящий радость в дом,
Ты – тот, с кем и надёжно и тепло,
Я – бес, я – прототип, но я – добро,
Тебе со мною просто и светло.
Мы – единенье душ, соитие двух тел,
Я – тёмноё, ты – светлое начало.
Дарить любовь – вот наш с тобой удел,
Хотя любви всегда нам будет мало.
Я стану ангелом и высоко взлечу,
Ты вслед за мной взметнёшься ввысь.
«Я улетаю от тебя», - тебе кричу,
Ты тихо шепчешь: «Ангел мой, вернись…»